[Русский](/ru/docs/known-limitations) | [English](/docs/known-limitations)

# Намеренные пробелы, открытые дефекты и что вне области

<!-- doc-map: reader=user; zone=core-surface -->

Три разных вещи, которые до этой страницы выглядели одинаково: «мы решили этого не
делать», «мы это не доделали» и «это сломано». Сторож, чьё слепое пятно не объявлено,
читается как полный — поэтому пробелы объявлены здесь, а не выведены читателем из
тишины.

**Признак намеренного пробела — названная причина, почему закрыть его сейчас дороже,
чем жить с ним.** Запись без такой причины не пробел, а дефект, и её место в задачах.
Поэтому у каждой строки ниже есть и причина, и ссылка на то, что держит границу.

## Намеренные пробелы

Каждая запись отвечает на один вопрос: **что именно НЕ гарантировано** — не «работает
частично», а что проедет мимо и в каком случае.

### Гейт маршрутизации знаний не видит игнорируемый приёмник

**Не гарантировано:** запись знания в файл, который игнорируется git, не будет
остановлена на закрытии задачи или коммите. Так же не виден путь вне репозитория
(`~/.claude/**/memory/`).

**Почему живём:** входом гейта служит `git status --porcelain`, и `--ignored` затянул бы
в него `.tausik/`, `node_modules/` и каждый артефакт сборки. Игнорируемый файл до коммита
всё равно не доходит, а утечку в него ловит другой слой — хук `PreToolUse`. Вопрос гейта
— «несёт ли изменение, которое проект сейчас записывает, знание за его пределы», вопрос
хука — «утекает ли эта запись», и только второй видит игнорируемый путь.

**Держит границу:** докстринг `scripts/gate_memory_route.py` (оба предела названы там же,
где код), `tests/test_memory_sinks.py`.

### Гейт размера файла смотрит только на файлы задачи

**Не гарантировано:** файл, уже превышающий лимит, но не тронутый текущей задачей, не
будет назван. Гейт отвечает на «не вырос ли файл, который вы правите», а не на «нет ли в
дереве файлов над лимитом».

**Почему живём:** это ratchet на изменении, а не аудит дерева: аудит потребовал бы
объявить исключение для каждого исторического файла сразу, иначе он блокировал бы любую
задачу за чужой долг. Полное дерево проверяется отдельной лентой.

**Держит границу:** `run_filesize_gate(gate, files)` принимает область задачи;
`tests/test_gates.py`.

### Круговой гейт проекции — opt-in и fail-open

**Не гарантировано:** расхождение дерева `tausik/` с БД будет замечено в проекте, где
БД отсутствует (гейт пропускает — на свежем клоне это правильный ответ), и внутренний
сбой самого гейта не уронит коммит.

**Почему живём:** гейт, который блокировал бы проект без БД, заставлял бы завести БД, а
не сходиться проекции. Сбой сторожа — не доказательство расхождения.

**Держит границу:** докстринг `scripts/gate_state_roundtrip.py`,
`tests/test_state_roundtrip_gate.py`.

### Маркер исторической цитаты проверяет ФОРМУ хеша, а не существование коммита

**Не гарантировано:** `путь (удалён в <hex>)` перестаёт считаться протухшей ссылкой,
даже если такого коммита нет. Семь и более hex-символов в скобках сразу за путём — уже
достаточное основание.

**Почему живём:** спросить у git — значит позволить сломанному git молча выключить весь
детектор протухших ссылок; это дороже, чем поддельный маркер, который надо написать
руками и который ничего не скрывает, кроме одной ссылки.

**Держит границу:** `_REMOVED_CITATION` в `scripts/memory_cleanup.py`,
`tests/test_repo_hygiene_ratchet.py`.

### Поиск модулей-сирот не видит имя, собранное выражением

**Не гарантировано:** модуль, к которому обращаются только как `__import__(f"mod_{kind}")`,
будет назван сиротой. Строковый литерал (`__import__("mod")`) виден, вычисленное имя — нет.

**Почему живём:** вычисленное имя не называет ОДНОГО модуля, и догадка обменяла бы ложное
срабатывание на ложный пропуск — детектор стал бы утверждать ссылку, которой не видел.

**Держит границу:** `_dynamic_import_name` в `scripts/audit_orphan_files.py`,
`tests/test_repo_hygiene_ratchet.py`.

### Проверка протухших ссылок требует, чтобы КАТАЛОГ существовал

**Не гарантировано:** ссылка на файл в удалённом целиком каталоге не будет названа
протухшей.

**Почему живём:** проза полна слэшей, которые не пути (`lru_cache/functools.cache`,
`release/1.8`). Требование существующего родителя убирает этот шум; без него список
находок становится нечитаемым, и читатель перестаёт смотреть на настоящие.

**Держит границу:** `_parent_dir_exists` в `scripts/memory_cleanup.py`.

### Архивация задач необратима и не уменьшает дерево

**Не гарантировано:** снять `archived_at` командой нельзя — такой команды нет; и файл
проекции задачи остаётся в `tausik/tasks/` после архивации, потому что экспортёр выбирает
задачи без фильтра по этому полю (у памяти фильтр есть).

**Почему живём:** архивация задумана как «скрыть из `task list`», и в этой роли работает.
Обе половины заведены задачами, и обратимость объявлена предусловием сокращения проекции.

**Держит границу:** `docs/ru/task-archive-spec.md`, оговорки в `docs/ru/cli.md`,
`tests/test_hygiene_cli.py`.

### Сервер MCP держит старый код до перезапуска IDE

**Не гарантировано:** правка в `scripts/` немедленно доедет до инструментов MCP. До
перезапуска хоста сервер может исполнять прежние модули.

**Почему живём:** перезагрузка модулей на живом сервере ломает состояние соединений
дороже, чем стоит немедленность. Расхождение ОБЪЯВЛЯЕТСЯ: `self_check.drift_detected`
поднимает флаг, и тогда ответам MCP в этой смене доверять нельзя — работает CLI, который
перечитывает диск на каждый вызов.

**Держит границу:** `tausik_self_check`, раздел «MCP Health» в скилле `/start`.

### `/rewind` не отменяет того, что агент сделал через shell

**Не гарантировано:** что `/rewind` в Claude Code вернёт файлы, изменённые агентом. Его
чекпойнты отслеживают только правки собственными файловыми инструментами; всё, что
записано через Bash, скрипт или другой процесс, в снимок не попадает и не откатывается.

**Почему живём:** это механизм хоста, а не наш, а агенты TAUSIK значительную часть работы
делают через shell. Делать вид, что это не так, — значит оставить следующему агенту
страховку, которой нет.

**Держит границу:** git. Перед рискованным шагом — коммит или stash; `git diff` покажет,
чего откат не увидит.

### Изменчивая часть файла правил стоит последней

**Не гарантировано:** что всё переданное агенту остаётся в кэше промпта. Хост кэширует
самый длинный неизменный префикс, и изменившееся место обнуляет всё, что после него.

**Почему живём:** часть контекста обязана меняться — состояние сессии и хвост памяти. Она
собрана в один блок в самом конце файла правил (`<!-- DYNAMIC:START -->`), после всех
стабильных правил, поэтому её изменение стоит только её самой. Текст хуков на каждый
промпт приходит после префикса разговора по той же причине.

**Держит границу:** `tests/test_context_order.py` падает, если после изменчивого блока
стоит что-то стабильное — в порождённом файле правил или в `CLAUDE.md` этого репозитория.

### Временные окна имеют СЕКУНДНУЮ гранулярность

**Не гарантировано:** событие, записанное в ту же секунду, в которую читается окно с
верхней границей `now`, попадёт в выборку.

**Почему живём:** `utcnow_iso()` пишет секунды по всему проекту, и переход на
миллисекунды затронул бы каждый timestamp в схеме и в проекции. Для открытого интервала
верхняя граница просто не ставится — она бессмысленна.

**Держит границу:** запись памяти об окне событий, `tests/test_med_findings_fix.py`.

### Проверки doctor — best-effort

**Не гарантировано:** падение отдельной проверки будет отличено от её отрицательного
результата: исключение внутри проверки превращается в WARN с текстом ошибки, а не в FAIL.

**Почему живём:** `doctor` — обзор, а не гейт. Одна сломанная проверка не должна скрывать
остальные девять.

**Держит границу:** `scripts/project_cli_doctor.py` (каждая проверка в своём `try`),
`tests/test_doctor_*.py`.

## Открытые дефекты

**Руками здесь не перечисляются — и это решение, а не пропуск.** Список дефектов,
поддерживаемый вручную, отстаёт молча; ровно так документ, объявлявший себя картой
направления, дошёл до утверждения про две версии назад. Открытые дефекты живут в БД
задач, и оттуда их видно командой:

```bash
tausik task list --status planning      # что заведено и ждёт
tausik roadmap                          # состав релиза со счётчиками
```

Дефект, найденный внутри задачи, заводится отдельной задачей, а не правится походя —
поэтому «ни одного открытого» здесь означало бы только то, что никто не смотрел.

## Вне области

Чего TAUSIK не делает по замыслу, а не по недоделанности:

* **Не правит падение гейта сам.** Гейт называет проверку, причину и команду
  исправления; исправляет человек или агент. Гейт, который починил бы сам себя, учит не
  смотреть на причину.
* **Не даёт агенту прямого доступа к БД.** Только MCP и CLI. Прямой SQL обошёл бы
  проекцию, триггеры и квитанции — то есть всё, на чём держится воспроизводимость.
* **Не заменяет ревью кода.** Гейты проверяют дисциплину и границы, а не замысел.
  Разделение обязанностей L3 требует другой модели, чем у автора.
* **Не обслуживает несколько проектов из одного демона.** Сервер MCP привязан к проекту
  при запуске; общесистемный режим — предмет отдельной большой работы, а не пробел.
